Адам Смэшер до чипов и брони – как рождается идеальный киберпсихопат вселенной Cyberpunk 2077

Стать легендой Найт-Сити можно разными способами, но лишь единицы получают этот статус, будучи, по сути, лужей органики, соскребённой с асфальта и наспех собранной в металлический шкаф.

Именно так закончилась биологическая жизнь Адама Смэшера и началась его вторая, куда более громкая карьера главного цепного пса корпорации Arasaka.

Родился он 21 июня в Южном Бронксе, у отца-американца и матери-русской. Детство и юность прошли в уличных бандах разваливающегося Нью-Йорка эпохи Коллапса, потом армия США, откуда его довольно быстро выставили за откровенно избыточную жестокость даже по меркам военных этого мира.

После увольнения Смэшер вернулся к криминалу, работал соло, а когда одна из операций закончилась взрывом, от него в буквальном смысле осталась биомасса, которую подобрала Arasaka и превратила в фирменного киборга.

Ключевой момент в понимании персонажа – механика Humanity из настольной Cyberpunk RED Майка Пондсмита. Каждая установленная железка стачивает шкалу человечности, и когда она обнуляется, начинается киберпсихоз.

Проблема Смэшера в том, что стартовать ему было особо неоткуда, показатель эмпатии в его карточке издевательски помечен как "Yeah, right…". Хромирование не сделало из нормального человека монстра, оно просто выдало готовому монстру более удобный инструментарий.

Всплеск игроков в Cyberpunk 2077 заставил фанатов требовать новые DLC у CD Projekt

Создатель гей-игр возмущён лицемерием Steam – магазин скрывает его работы, но не против гениталий на весь экран в первые минуты Cyberpunk 2077 или Baldur's Gate 3

Пондсмит отдельно оговаривал, что Смэшер – классический пример высокофункционального киберпсихопата. Разница между ним и, скажем, Дэвидом Мартинезом или Мэйном из "Edgerunners" не в наличии психоза, а в способности его контролировать.

Смэшер прекрасно отдаёт себе отчёт в реальности, просто эта реальность его устраивает ровно в том виде, в котором позволяет крушить всё вокруг. В контракте с Arasaka у него прямо прописано право на сопутствующий ущерб при выполнении задач.

Любопытная деталь всплывает при разговоре о Джонни Сильверхенде, которого тоже принято записывать в высокофункциональные киберпсихопаты. Джонни периодически ссылался на "Руку" как на отдельную сущность, ответственную за худшие его поступки, и Пондсмит подтверждал, что это именно проявление психоза.

Разница с Смэшером принципиальная. Джонни цеплялся за идею, ненависть к корпорациям и раздутое эго, что удерживало его в рабочем состоянии. Смэшеру не за что цепляться, он никогда и не воспринимал плоть как ценность, и переход в металлический корпус стал для него не травмой, а апгрейдом мечты.

Психопат из Бронкса получил идеальное тело для того, чем занимался всю жизнь, а корпорация получила идеального исполнителя, которого не мучают ни совесть, ни экзистенциальные вопросы о собственной идентичности.