Геймер впервые за 300 часов прошёл сюжет Подземки в Fallout 4 и был поражён мрачным финалом

Видеоигры редко наказывают за победу. Обычно наоборот: титры, награда, довольные соратники, чувство выполненного долга. И тем внезапнее для одного из геймеров, который решил впервые пройти эту сюжетку, оказался момент, когда после успешного штурма вражеской базы тебе молча суют клочок бумаги, а потом просят его сжечь.

Речь о концовке Fallout 4 за Подземку и о судьбе Лайама Бинэ, учёного Института. Именно он скрывается за позывным Патриот, тайно выводит синтов на поверхность и передаёт наружу данные. В квесте Выживший, работая двойным агентом внутри Института, выходит на него и получает доступ к программе "Защитник кода" – лазейке в системе безопасности, позволяющей снять с синтов контроль.

Дальше начинается конфликт, ради которого вся эта линия и написана. Лайам хочет вывести одну группу из тринадцати синтов, тихо и без последствий, а Дездемона понимает, что эксплойт одноразовый и Бюро робоконтроля залатает дыру после первой же крупной пропажи. Выбор в пользу массового восстания означает хаос, стрельбу в стерильных коридорах и гибель тех, кого Лайам считал семьёй.

После взрыва реактора и уничтожения Института Дездемона передаёт Выжившему записку Патриота. Тон там не благодарный, а обвинительный: Лайам прямо пишет, что виноват в случившемся сам, ведь это он доверился игроку, и что жить с этим он не собирается. Никакого способа его спасти нет. Дездемона предлагает сжечь письмо и никогда о нём не вспоминать, а следом идёт поминальная служба, на которой все делают вид, что победа была чистой.

Единственное, что действительно в руках игрока, это приказ об эвакуации перед подрывом. Он спасает часть персонала, и позже в Содружестве попадаются случайные встречи с беженцами в грязных лабораторных халатах и комбинезонах Института. Квест "Расселение беженцев", позволяющий пристроить их в поселение, запускается только при финале за Минитменов и требует хотя бы одного незанятого поселения, из-за чего многие ветераны его ни разу не видели.

Отдельная ирония в том, что Подземка, воюющая за права синтов как за права людей, уничтожает единственное место, где синтов умеют создавать. ДиМА в Far Harbor называет вещи своими именами: это вымирание вида, растянутое во времени.

Институт умеет создавать жизнь, Подземка умеет её освобождать, а бумагу в камин бросают одинаково легко и те, и другие.