Mass Effect 3 производит впечатление сильнее, если позволить части команды погибнуть
Идеальное прохождение Mass Effect обычно превращается в упражнение по спасению всех и вся. Каждый напарник должен выжить, каждая раса помирилась, каждый роман закрыт – но именно в этой стерильной картине трилогия неожиданно проигрывает самой себе.
Разговор о том, что Mass Effect 3 становится эмоционально глубже с потерями, всплывает в сообществе регулярно.
Один из игроков поделился опытом прохождения, в котором на "Самоубийственной миссии" погибли Джейкоб и Миранда, и признался, что финал трилогии от этого стал только сильнее.
Отсутствие Миранды в её сюжетной линии превращает войну в нечто по-настоящему безнадёжное, а не в парад воссоединений. Особенно, если она нравилась Шепарду.
Гораздо больший эффект даёт потеря ключевых персонажей из первой части. Смерть Рекса на Вермайре полностью переворачивает арку с генофагом в третьей игре, ведь Рив во главе кроганской армии превращает моральную дилемму из абстрактной в физически ощутимую.
Мордин без Рекса – совсем другой Мордин, а решение Шепарда о лечении становится настоящим испытанием, а не формальностью.
Один из участников обсуждения точно заметил:
С живым Рексом легко быть противником генофага. Без него ты начинаешь сомневаться в себе всю миссию.
Похожая логика работает и с прохождением без импорта сохранений, где почти все напарники из второй части мертвы по умолчанию. Замены в виде безымянных NPC создают ту самую атмосферу потери, которую разработчики закладывали изначально.
Особенно жёстко это бьёт в DLC Citadel, которое из шумной вечеринки старых друзей превращается в поминки: без Тали, Самары и половины отряда финальное прощание работает совсем иначе.
Отдельного упоминания заслуживает низкий показатель боеготовности галактики. Концовки с малым EMS превращают финал в горькую победу, где Жнецы действительно оправдывают статус угрозы вселенского масштаба, а не оказываются посрамлены за один вечер.
Некоторые игроки жалеют, что BioWare не подняла порог для "хороших" концовок выше, ведь именно вариант с почти проигранной войной ощущается наиболее честным по отношению к тону всей трилогии.
Об авторе
