Фанаты Mass Effect поделились историями любви к Лиаре

Знакомство с потенциальным партнёром в видеоигре обычно начинается с обмена репликами у костра или неловкой сцены в баре. У Mass Effect всё сложнее: первая встреча с Лиарой Т'Сони происходит в тот момент, когда она застряла в протеанском силовом поле на планете Терум, отчаянно машет руками и умоляет её вытащить.

С этого нелепого положения и стартует один из самых устойчивых романтических интересов в истории BioWare.

За почти два десятилетия после релиза первой части трилогии интерес к отношениям с молодой азари не остыл. Многие игроки признаются, что выбрали её ещё в 2007-м и с тех пор ни разу не изменили своему решению, даже пробуя другие варианты в повторных прохождениях.

Один комментарий отлично суммирует абсурдность её вступительной арки, если встретить Лиару очень поздно по прохождению:

Всё, что ты изучала, неверно, и мы убили твою маму.

Плюс просьба залезть в её голову и получить опыт уничтожения целого вида, пока она несколько дней не ела и не пила. Стартовые условия для симпатии, прямо скажем, не идеальные.

Часть тех, кто в первый раз играл ещё подростком, шла по другому маршруту. Кто-то влюбился в Миранду Лоусон, кто-то не разобрался в характере Эшли и только на повторе понял, за что её принято критиковать.

Фанат набил татуировку Тали из Mass Effect 3, которую не узнали бы почти все фанаты франшизы

Игроки вновь восхищены декольте матриарха Бенезии из Mass Effect

Отдельная категория игроков после романа с Тали или Гаррусом всё равно жалела о выборе, потому что Mass Effect 3 буквально заваливает Шепарда интимными сценами с Лиарой, даже если между ними ничего не было.

Разработчики из BioWare явно относятся к азари как к каноничному варианту.

Причин у такого статуса несколько. Лиара доступна независимо от пола Шепарда, её роман тянется через все три игры без разрывов, а в дополнении Lair of the Shadow Broker для второй части персонаж проходит трансформацию из застенчивой учёной в жёсткого информационного брокера галактики.

Мало кто из напарников получил такой размах развития. Плюс финальные сцены DLC Citadel в третьей части и возможность оставить биотическое эхо в её сознании перед последней миссией работают как эмоциональная точка, которую сложно перебить другим романом.