Игрок Clair Obscur Expedition 33 всю ночь мучился вопросом про беременных и гоммаж – сообщество решило найти ответ

Вопрос о том, что происходит с беременной женщиной во время гоммажа в мире Clair Obscur: Expedition 33, вызвал в сообществе нешуточные споры. Исходная дилемма проста: когда Художница называет число (в игре — 33) и человек превращается в лепестки роз, исчезает ли плод вместе с матерью или остается висеть в воздухе? Визуализация этой проблемы быстро переросла в глубокий философский анализ и собрала большой кворум из комментаторов.

Первые аргументы были чисто физиологическими. Поскольку пуповина соединяет два организма, логично предположить, что исчезновение матери неизбежно погубит или заберет с собой ребенка. В сообществе даже предположили, что в Люмьер наверняка проводят кесарево сечение заранее, если срок родов близок к дате гоммажа. Однако расчеты показали, что из-за снижающегося возрастного порога такие случаи становятся редкостью — люди стараются обзавестись потомством как можно раньше.

Ключ к разгадке искали в природе самого гоммажа. Замечено, что одежда и личные вещи исчезают вместе с людьми. Это натолкнуло игроков на мысль о «концептуальном стирании»: гоммаж — это не биологическая смерть, а удаление персонажа с холста реальности. Если вещь воспринимается как часть человека, она уходит вместе с ним. В этой логике ребенок, еще не вышедший в мир как отдельная личность, считается частью «портрета» матери.

Дискуссия приняла неожиданный оборот, когда зашла речь о микробиоме. По аналогии со «щелчком Таноса» игроки рассуждали: если бактерии и паразиты остаются, когда хозяин исчезает, мир должен был превратиться в кошмар из биологических осадков. Тот факт, что после гоммажа остаются только лепестки, подтверждает: процесс очищает пространство от всего, что концептуально связано с телом жертвы.

Разработчики Kingdom Come рассматривали Англию времен Робина Гуда и средневековую Германию в качестве сеттингов

Создатель Witchfire признал, что неопытные разработчики Clair Obscur: Expedition 33 гениально придумали, как упростить разработку

Политический подтекст также не остался в стороне. Спор о том, является ли плод отдельным человеком, уперся в вечный вопрос о моменте начала жизни. Игроки шутили, что исход зависит от личных убеждений Художницы: если она считает жизнь священной с момента зачатия, ребенок может остаться; если же она смотрит на мир как прагматичный творец, плод исчезает как часть композиции.

Технически подкованные геймеры предложили ироничную версию о «переполнении переменной». Поскольку возраст нерожденного ребенка отрицателен, системный код мира может интерпретировать его как максимально возможное число (например, 255 лет). В таком случае ребенок технически «старше» порога гоммажа и подлежит стиранию в любом случае.

В итоге сообщество склонилось к мрачному, но логичному финалу: исчезают оба. Гоммаж — это акт «милосердного» сокращения населения в условиях угасающей магии мира. Оставлять беспомощный плод в воздухе было бы технической ошибкой Художницы, а она, как истинный мастер, стремится к завершенности своих мазков.