Почему жители Тамриэля в упор не замечают вампиров прямо у себя под носом

Вампир в мире The Elder Scrolls выглядит примерно как ходячий сборник улик: мертвенно-бледная кожа, красные или жёлтые глаза, выпирающие клыки и общая манера появляться исключительно с наступлением темноты.

И тем не менее рядовой горожанин может стоять бок о бок с таким персонажем, жаловаться на "вампирскую угрозу" и не догадываться, что его собеседник наверняка спит в гробу.

Разгадка этого парадокса лежит одновременно в лоре и в чисто игровых компромиссах.

Главный лорный аргумент – вампиры Тамриэля разные, и далеко не все они похожи на ходячий труп.

В книге "Immortal Blood" прямо сказано, что у каждого региона свой штамм вампиризма со своими особенностями. Кайродильские вампиры считаются мастерами маскировки: пока они регулярно кормятся, их не отличить от живых людей.

Скайримские же волкихары – совсем другая история, эти больше похожи на озёрных чудовищ, которые тянут жертв под лёд и почти не показываются на глаза смертным.

Отдельная тема – граф Хассилдор из Скинграда. Он бессменно правит городом, будучи вампиром, и его подданные либо не в курсе, либо сознательно закрывают глаза.

Логика тут неожиданно здравая: если правитель справедлив, компетентен и заботится о процветании города, то его бессмертие превращается из угрозы в бонус. Один прямо сформулировал суть отношения горожан:

Когда выясняется, что Сатана отлично разбирается в логистике, пиаре и финансах, я готов закрыть глаза, если он захочет баллотироваться в мэры.

При этом Хассилдор играет честно: уведомил Имперский Коллегиум магов, держит своё кормление под контролем и не даёт повода для охоты. Пока это так, ситуация остаётся взаимовыгодной, и даже охотники, попытавшиеся до него добраться, были попросту прогнаны местными жителями.

Сибилла Стентор в Солитьюде работает по схожему принципу: она не публичная фигура, а придворный маг-затворница, и её вампиризм – скорее открытый секрет двора, где ей прощают многое за преданность и мастерство.

Мёртвый фалмер обнимает пленницу в двемерских руинах, и это одна из самых мрачных деталей Skyrim

Свежую порцию крови она добирает из тюремных камер, а пропавшего заключённого никто искать не станет.

Есть и куда более прозаичное объяснение. В Oblivion и в оригинальной версии Skyrim вампиры выглядели почти как обычные люди: слегка бледнее, глаза чуть темнее, вот и все приметы первой стадии. Комично-демоническими жёлтыми глазами и мордами летучих мышей их наградило только дополнение Dawnguard, добавившее в игру волкихаров.

С точки зрения лора это оправдано, но задним числом сломало логику ряда персонажей вроде хозяйки лесопилки в Фолкрите или той же Сибиллы, которых до патча вообще нельзя было раскусить. Забавно, что вампирше Альве при этом оставили нормальную внешность, потому что разработчики явно понимали, насколько глупо всё это выглядит.

Ну а то, что сам Довакин безошибочно вычисляет вампиров, объясняется его исключительностью: драконы в Skyrim невосприимчивы к иллюзиям, а вампиры как раз получают бонус к этой школе магии и, судя по всему, прикрывают ей свою истинную натуру.