В Oblivion и Skyrim совершенно разные виды гильдий воров – как The Elder Scrolls меняла отношение к криминалу

Фракции в ролевых играх редко бывают просто набором квестов. Гильдия – это способ рассказать про мир изнутри, через профессию и мораль тех, кто в нём выживает.

И иногда одна и та же организация в двух играх подряд получает настолько разный характер, что спорить о ней можно годами.

Гильдия воров в Oblivion – история почти сказочная. Серый Лис, вечная погоня стражника Иеронима Лекса, правило не убивать при деле и обязательный "налог" в пользу нищих.

Финал с кражей Древнего свитка из Императорского дворца до сих пор считается одним из лучших квестов серии, и это чистый Робин Гуд с примесью мифологии.

Версия из Skyrim работает совсем иначе. Разорившаяся банда, сидящая в канализации Рифтена, крышевание торговцев, предательство Мерсера Фрея и подъём с самого дна к контролю над провинцией.

Атмосфера здесь заметно ближе к серии Thief, что неудивительно: Мерсера озвучил Стивен Расселл, голос Гаррета, а Эмиль Пальяруло, до Bethesda работавший дизайнером уровней над Thief II: The Metal Age, писал для студии как раз криминальные ветки.

The Elder Scrolls Skyrim с 1800 модами выглядит будто некст-ген гача

Претензии к северной гильдии тоже понятны. В Сиродиле про Серого Лиса половина населения вообще не верила, что он существует, а вступление требовало доказать себя. В Рифтене же о ворах знает каждый второй прохожий, Бриньольф вербует игрока прямо на рынке, а часть заданий превращается в зачистку подземелий вместо ограблений.

Один прямо сформулировал разницу так:

В Skyrim это кучка любителей-громил, а в Oblivion – настоящая подпольная сеть.

Морровиндская Гильдия воров, кстати, умудрилась совместить оба подхода: рутинная работа и вполне благородные проекты Джентльмена Джима Стейси сверху.

Одни хотят изящества и мифа, другие – грязи и рэкета, а серия просто выдаёт то одно, то другое.