Ученый предложил пересмотреть классификацию древних приматов и объединить австралопитеков и наших предков в один род

Новое исследование, опубликованное во вторник в American Journal of Biological Anthropology, ставит под сомнение устоявшуюся систему классификации древних приматов. Автор работы, научный сотрудник Института биомедицинских открытий Монаша Иэн Тоул, утверждает, что несколько вымерших родов гоминин следует объединить с родом Homo, к которому принадлежит и современный человек разумный.

Речь идет о родах Paranthropus и Australopithecus – именно их Тоул предлагает перевести в категорию Homo. При этом исследователь упоминает и другие таксоны, чья судьба тесно переплетена с легендами о криптидах. Среди них Gigantopithecus – гигантский вымерший примат, обитавший в Азии от 2 миллионов до 200 тысяч лет назад.

Связь между научной палеоантропологией и охотниками за Бигфутом возникла не случайно. В 1960 году зоолог Владимир Чернецкий опубликовал в журнале Nature анализ загадочного отпечатка стопы, найденного в Гималаях. Ученый предположил, что след принадлежит крупному двуногому примату, похожему на ископаемого Gigantopithecus, и связал эту находку с местными легендами о Йети.

Работа Чернецкого на десятилетия закрепила в массовом сознании связь между Gigantopithecus, снежным человеком и американским Бигфутом. За прошедшие 76 лет ученые накопили значительно больше данных о Gigantopithecus и родственных ему древних приматах, включая Paranthropus и Australopithecus, что и позволило пересмотреть их место в эволюционном древе.

По словам Тоула, ископаемые останки нескольких родов древних приматов, включая Indopithecus, Ouranopithecus и того самого Gigantopithecus, демонстрируют более мелкие и человекоподобные клыки, а также другие стоматологические особенности, сближающие их с родом Homo. Это ставит под вопрос обоснованность выделения их в отдельные таксономические группы.

Эти группы не обязательно представляют отдельные эволюционные ветви, а различия в поведении и экологии, которые раньше использовались для их разграничения, становится все сложнее обосновать.

Главная проблема, на которую указывает исследователь, касается размытых и все более произвольных границ между родами Homo и Australopithecus. Изначально род Homo определялся, среди прочего, по большему размеру мозга – пока в 1964 году в эту группу официально не включили Homo habilis, а позже добавились Homo floresiensis и Homo naledi с объемом мозга, сопоставимым с Australopithecus.

Похожая история произошла с использованием орудий труда – навыком, который долгое время считался уникальной чертой близких родственников человека. Род Paranthropus ранее считался неспособным к изготовлению инструментов, пока около 2023 года его 2.6-миллионолетние окаменелости не нашли рядом с древними орудиями на раскопках в Кении и Эфиопии.

Становится все более очевидным, что "мусорные" таксоны, определяемые одной или несколькими чертами, такими как размер мозга, способ передвижения или использование орудий, не соответствуют, а порой и вовсе противоречат филогенетическим реконструкциям гоминин.

Примечательно, что сам Тоул не настаивает на включении Gigantopithecus и Ouranopithecus в род Homo, несмотря на упомянутые сходства в строении зубов. Некоторые ученые также отмечали близкое родство между Gigantopithecus и Australopithecus, что добавляет запутанности в и без того сложную картину.

Центральный аргумент этой статьи заключается не в том, что предложенное здесь конкретное таксономическое решение обязательно оптимально, а в том, что нынешний подход к классификации родов гоминин становится все сложнее оправдать.

Исследователь подчеркивает, что современная таксономия стремится отражать реальные эволюционные связи между видами, группируя их по общему происхождению. Однако когда дело касается собственной эволюционной истории человека, ученые традиционно проявляют куда большую осторожность в пересмотре устоявшихся классификаций.

Работа Тоула не предлагает готового решения проблемы, а скорее открывает дискуссию, которая назревала более 150 лет с момента формирования современной системы классификации ископаемых гоминин. За это время методы изучения древних приматов, от генетического анализа до компьютерной томографии окаменелостей, шагнули далеко вперед, а таксономические границы во многом остались прежними.