Евросоюз встал на сторону Sony в вопросе отказа от физических дисков

На прошлой неделе Sony объявила о прекращении производства физических дисков для PlayStation начиная с 2028 года. Решение немедленно вызвало волну протестов со стороны коллекционеров, защитников игрового наследия и активистов, часть из которых обратилась к регуляторам с требованием вмешаться.

Однако надежды на юридическое противодействие, судя по всему, не оправдаются. Комиссар ЕС по вопросам демократии, правосудия, верховенства закона и защиты прав потребителей Майкл Макграт заявил журналистам в Европейском парламенте в Страсбурге, что не считает нужным вмешиваться в рыночные механизмы, если компании не нарушают действующее законодательство.

Аналитики уверены, что Sony не отреагирует на просьбы вернуть физические диски – ведь геймеры для корпорации не более чем "цифры в таблице"

Речь идёт о коммерческой и договорной свободе, и компании вправе предлагать игры и сервисы в любой форме, которую сами считают нужной, при условии полного соблюдения прав потребителей в соответствии с национальным и европейским законодательством.

Комиссар также сослался на недавнее решение ЕС по инициативе Stop Killing Games, в рамках которой активисты добивались законодательной защиты от отключения онлайн-игр издателями. В прошлом месяце Евросоюз отказался рекомендовать принятие новых нормативных актов по этому вопросу. По словам Макграта, ситуация с физическими носителями ещё более однозначна:

Нам пришлось рассматривать европейскую гражданскую инициативу по вопросу о доступности игр после выхода их новых версий. Прекращение выпуска физического продукта при этом остаётся исключительно решением производителя.

Еврокомиссия не поддержала инициативу Stop Killing Games – лидер движения заявил, что и не рассчитывал на это

Всё это ставит сообщество защитников игрового наследия в крайне уязвимое положение. Аргумент о том, что цифровая лицензия не равна владению, давно обсуждается в профессиональных и потребительских кругах, однако пока не находит законодательного отклика ни на европейском уровне, ни в других крупных юрисдикциях.