Чтение у американских школьников рухнуло до минимума с 1992 года на фоне ИИ и смартфонов

Американский преподаватель литературы и письма столкнулся с тем, что ни один из его студентов не смог дочитать заданную статью на двадцать страниц.

Тайлер Ягт в эссе для The Chronicle of Higher Education рассказал, что десять лет назад осилил тот же текст без единой жалобы, будучи студентом. А сегодня его провалили все. Более того, один из учащихся честно признался, что бросил чтение, так как постоянно терял нить и забывал, о чём вообще шла речь.

Босс облачной компании отменил повышение зарплат 5000 сотрудникам и направил деньги на ИИ

В США открылась школа без учителей, где дети учатся у ИИ за 55 000 долларов в год

По словам Ягта, происходящее в его аудитории давно перестало быть просто догадкой. Он говорит о "измеримом поколенческом коллапсе устойчивого чтения и письма", на который академическая среда отвечает импровизацией и усталостью вместо нужной структурной перестройки.

Цифры подтверждают нарастающую проблему.

В 2024 году 32 процента двенадцатиклассников в США набрали баллы ниже базового уровня по чтению, а средний результат оказался на 10 пунктов ниже, чем в первом замере 1992 года, то есть худшим за всю историю наблюдений. Младшие школьники тоже отстают, и по данным фонда Annie E. Casey около 70 процентов четвероклассников, примерно два миллиона детей, не читают на уровне свободного владения.

Отдельный фактор Ягт видит в генеративном ИИ. Многие студенты используют нейросети как полноценный учебный инструмент, например чтобы получить пересказ длинной статьи, которую сами не в силах понять, и постепенно попадают в зависимость от быстрых ответов.

Но гораздо вреднее то, что часть учащихся поручает ИИ писать целые эссе и решать математические задачи, то есть попросту списывает.

Положение усугубляют сделки университетов с технологическими корпорациями, открывающие студентам доступ к фирменным моделям. Подобные партнёрства фактически узаконили и ускорили проникновение технологии в аудитории, оставив отдельных преподавателей один на один с проблемой. При этом серьёзные сомнения в пользе ИИ для обучения сохраняются и среди исследователей.

Одно из немногих крупных исследований, утверждавшее, что ChatGPT улучшает результаты учёбы, недавно отозвали. Большинство же работ рисуют куда более мрачную картину, связывая использование нейросетей с ослаблением критического мышления и ухудшением памяти.

Ягт ссылается на исследование MIT, где у работавших с ChatGPT во время написания эссе фиксировалась пониженная активность в зонах мозга, отвечающих за креативность, в сравнении с теми, кто пользовался обычным поиском или вовсе обходился без него.

Особенно показательны два вывода той же работы. Целых 83 процента пользователей ИИ не смогли процитировать ни строчки из только что написанного ими эссе, а мозговая активность не возвращалась к норме даже когда их позже просили писать без помощи нейросети.

К этому добавляется и второй виновник – смартфон, ведь исследование 2017 года показало, что само присутствие гаджета рядом, пусть выключенного и экраном вниз, снижает доступные когнитивные ресурсы.

Когда студент говорит мне, что постоянно терял нить двадцатистраничной статьи, я вынужден признать, что он, возможно, описывает измеримое неврологическое состояние.

Он добавляет, что нейронные связи, отвечающие за устойчивое внимание, строятся при использовании и атрофируются без него, ведь тело и мозг работают по принципу "используй или потеряешь".

ИИ-модель Mythos может расколоть мир на избранных и всех остальных

Свою главную претензию Ягт адресует системе, которая превращает структурный кризис в "частное бремя преподавателей композиции и совместителей". Ему приходится разбивать ту самую статью на две части и прямо у доски показывать, как следить за аргументом, хотя это разрушает целостность текста и тратит вузовский слот на навык уровня средней школы.

Задавая анализ, он стремится не получить отполированный результат, а провести ум студента через сопротивление, тогда как перекладывание усилия на чатбота лишает учащихся возможности нарастить силу для любой серьёзной умственной работы.