К центру Зоны

День третий

Утро разбудило нас летним дождиком, который игриво постукивал в наши окна. В этот раз подниматься было намного проще, организм уже втянулся в походный режим. Решили долго не тянуть, поэтому сразу принялись завтракать и готовиться к выходу. Закончив все утренние процедуры, вышли на центральную улицу села. Дождь кончился. Мы шли по дороге заглядывали чуть ли не в каждый домик. Днем Речица выглядит еще уютнее. Несмотря на внешнее сходство, каждый домик имеет какую-то свою уникальную особенность, изюминку.

В целом сохран в Речице очень не плохой, но некоторым зданиям не посчастливилось и они стали жертвами упавших на них массивных деревьев. Центр села представлял из себя, достаточно большое как для зоны, открытое пространство автомобильного перекрестка. Наш путь лежал на восток в сторону села Старые Шепеличи. На север же от нас уже, буквально в каких-то двух километрах, начиналась территория Республики Беларусь. На выходе из села зашли на не маленькую коровью ферму, которая, в принципе, ничем не отличалась от всех остальных ферм на территории зоны.

Дорога до села Шепеличи пролетела быстро и легко. Если бы не тяжелый рюкзак за спиной, то можно было бы и вовсе забыть, что находишься в зоне. По обе стороны от дороги выскочил лес, который менялся каждые несколько километров. Был тут и чистый, без кустарника рыжевато-коричневый сосновый лес, и светлые, с салатовым отливом березовые рощи и, естественно, непроходимые, заросшие густым кустарником лиственные леса. В такие моменты тихонько радуешься, что ты все-таки идешь по дороге, а не по непроходимым дебрям, снимая лицом свеже натянутую паутину с веток.


Привал прямо на асфальте. Люблю такие моменты, когда не надо спешить, погода не издевается над тобой, и не приходится мотать головой в поисках палива. Прилег на теплый асфальт, вокруг тебя на многие километры ни души, лишь дикие животные и зеленые массивы лесов, сигнал сотовой сети не ловит, в груди свежий заряженный озоном воздух. В такие моменты чувствуешь себя по настоящему свободным и все те проблемы, которые обычно случаются в той, другой жизни, на большой земле, кажутся такими мелочными, глупыми и ненужными. Все то, что тяготило еще несколько дней назад перед выездом из Киева, уже кажется абсолютно неважным. И так становится хорошо…


Старые Шепеличи сразу встретили нас отличным сохраном. Не смотря на то, что, как и везде в зоне, все разбросано, грязно и разломано, в домах все еще находится очень много предметов человеческого быта. В первой же избе мы зависли на полчаса и просто читали открытки и письма. Хозяйкой в этом доме жила некая Матрёна. Читаю письмо от ее внука, который пишет ей из детского лагеря. А вот письмо от него же, но уже года спустя, и пишет он уже из армии. Вот так и лежит, разбросанная на полу в пыли, вся человеческая жизнь, воспоминания, мысли, чувства, надежды и любовь. Все припало пеленой времени.

Все осталось лежать на полу и оказалось никому не нужным. А ведь внуку Матрены сейчас около 50 лет. Наверняка есть семья, возможно, обзавелся и своими внуками. А мы сидим в заброшенном доме, где он, вероятно, проводил летние каникулы, и читаем его письма, адресованные хозяйке этого дома, его бабушке. Чистой воды сюрреализм. Стык двух миров, двух времен и двух измерений. И мы каждый раз проходим эту грань, чтобы в очередной раз заглянуть в это зазеркалье. В одном измерении внук Матрены - школьник, солдат, мальчишка на каникулах, и все это одновременно без привязки ко времени. Времени здесь нет, оно остановилось. Паноптикум времени, где экспонатами являются человеческие жизни. Вот что это.

В остальных домах также четко можно было разглядеть их хозяев, кто что любил и чем увлекался. Запросто можно сложить психологический портрет хозяина и представить, каким он был. Правда, все эти мысли упираются в одно. В 26 апреля 1986 года. Где он был в этот день, чем он занимался, как узнал, и как отреагировал на аварию. Этого уже мы не узнаем. Это останется здесь, в этих стенах, среди разбросанных вещей. В еще одном доме жил, видимо, то ли работник местного клуба, то ли большой любитель музыки и кино. Здесь были разбросаны плакаты фильмов того времени, музыкальные пластинки и прочая атрибутика поп культуры того времени. У дома вросла в землю коляска от мотоцикла.
Дальше Шепеличи погружались в зеленую чащу. Дома тонули в листве, и к ним уже стало не так-то просто пробираться. Центральная дорога начала петлять то влево, то вправо, туннель улицы вывел на мост. Каменная порода создала в этом месте своеобразные пороги, и вода, бурлящим пеной быстрым потоком, проносится под мостом. 

На выходе уже привычным зрелищем в дали, виднелась ферма. С каждым шагом мы приближались к нашей цели. Дорога между селами Шепеличи и Новошепеличи является географическим апогеем нашего маршрута, самая северная его часть. Отныне мы будем двигаться только на юг. Моральным же апогеем маршрута была Припять, до которой оставались считанные километры, и к которой мы приближались с каждым шагом все ближе и ближе. Расслабившись от такой беззаботной прогулки по зоне и зазевавшись, мы почти вплотную подошли к КПП Беневка. Шлагбаум и будка КПП была в прямой видимости. Без промедлений нырнули в чащу кустарников и уже через сотню метров вынырнули на дорогу, тем самым обойдя стражей порядка стороной. Здесь уже начиналось село Новошепеличи, непосредственный пригород Припяти.

Как и многие другие села, Новошепеличи тонут в зарослях, выставляя на показ только те дома, которые были в непосредственной близости к дороге. Здесь мы задерживаться не собирались, так как поскорее хотелось дойти до города. К тому же наши запасы воды, которые мы в последний раз пополняли еще в Лубянке, уже исчерпались, и мы хотели насытиться влагой и сварить себе что-нибудь съестное. Лишь перед входом в город, свернули с дороги и зашли на ПМК-169, чтоб сделать снимки брошенной техники. Застывшие скелеты грузовиков и автобусов смотрели друг на друга пустыми разбитыми фарами, печально осознавая свою участь: ржаветь, растекаться в грунт с каждой каплей дождя и разлетаться по округе с каждым новым порывом ветра. В стороне, словно мертвый зверь, лежит перевернутый полусгнивший Уазик. Кроме каркаса от техники не осталось ничего, все, чем можно было поживиться, уже давно растаскали стервятники-металюги, извлекли все жизненно необходимые внутренности, которые некогда приводили в движение их многотонные тела.

Закончив с ПМК, отправились в город, до которого оставалось буквально пару сотен метров. На подходе к городу, нас встретило заброшенное северное КПП, которое было когда то обычным постом ГАИ. А за ним дорогу нам перегородил металлический забор и заросший деревьями земляной вал, который перекрывал дорогу к городу, не давая таким образом проехать никакому колесному транспорту. За забором уже начиналась Припять, об этом гордо сигнализировала северная стела города, которая некогда встречала всех приезжих путников. Сейчас же она скромно пряталась в тени высоких деревьев.

Выйдя на улицу, мы увидели вынырнувшую слева из-за деревьев шестнадцатиэтажку. Припять вообще интересный город. То, что ты находишься уже в городе, сразу не поймешь, пока не подойдешь вплотную. Так же у меня было и в первый раз, когда мы по факту находились уже в городе, но не могли этого понять, пока не подошли в упор к дому.

Тут же нас встретили первые признаки массовой коммерциализации зоны. Здесь, на самом севере города, возле самой дальней шестнадцатиэтажки, стоял автобус с туристами. Мы не стали проверять свою удачу, поэтому решили не рисковать и пошли дальше по улице Заводской. К счастью, по ней туристические маршруты не проходят.

За высокими зарослями деревьев города не было видно вовсе, лишь, когда проходили мимо Фудзиямы, ее верхушка выглянула ненадолго из-за сосен, оголив пустые окна верхних этажей. Вдалеке показался завод Юпитер, его АБК с антенной высочил на фоне голубого неба. Не доходя до него, мы свернули на улицу Спортивную. В планах было найти мало-мальски пригодную для ночлега комнату. За комфортом и уютом мы не гнались, поэтому требования к жилью были выставлены минимальные. Дом, в котором будем жить, также решили долго не искать и зашли в первое же здание по Лесе Украинки. После 20 минут рысканья по квартирам, нашли на одном из верхних этажей комнатку с грязным диваном и тумбочкой. Вся комната была белая от потекшей и опавшей штукатурки, на полу лежали останки шкафа и другой мебели, зато с балкона открывался шикарный вид на бесконечные лесные просторы зоны. На горизонте высочила гигантская сетка Дуги. Ближайшие два дня эту, загаженную и уставшую от времени комнату, мы будем называть своим домом.

В городе мы планировали встретиться с товарищем и его группой, однако его телефон был вне сети, и после нескольких звонков мы оставили попытки дозвониться. Отдохнув от дороги мы, собрали всю, пустую пластиковую тару, взяли фильтр и отправились по воду. Решили идти на дамбу Семиходского Старика, заодно по дороге прогуляться по городу. Погода стояла ясная, и солнце весело играло светом в цвете акации. Ох, акация, мы как раз попали в сезон ее цветения. С крыши нашей шестнадцатиэтажки открывался невероятный вид на молочно-белую вату, окутавшую всю улицу Спортивную. По всему городу ширился запах цветения. А сами цветки, с их сладким основанием, отлично подходили на замену семечек.

Выйдя на улицу, мы пошли внутри этого тоннеля из многолетних акаций. Прошли мимо уже таких родных бассейна «Лазурный» и школы №3 . Приближаясь к перекрестку, проходя мимо Юбилейного, мы замедлили шаг и затихли. И как оказалось не зря. По улице Лазарева медленно и тихо двигался автомобиль. Прежде чем он выехал в поле обзора, мы ринулись в окна Юбилейного, скрывшись за обломками стен. Я выглянул. Белый автомобиль медленно выехал на перекресток, его скорость не превышала 5 км в час. Тихий двигатель не издавал практически ни звука. Тишину весеннего города нарушал лишь хруст камней и хвороста под резиной авто. Если бы мы шли немного громче, возможно даже и не услышали бы этот патруль, но к счастью ухо держали востро, что нам и сыграло нам на руку. Боковые стекла авто были опущены, и в них я даже сумел разглядеть лицо человека, который всматривался в глубину зарослей города. Развернувшись на перекрестке, окинув своим томным взглядом все окрестности, они поехали назад.

Подождав, пока патруль скроется за поворотом, мы отправились дальше, углубляясь в чащу города, в сторону стадиона. В тех местах, где не ездит колесный транспорт экскурсионных автобусов, куда уже не сможет проехать патрульные легковушки, в таких местах асфальт окутался толстым слоем лесной подстилки. И уже становится абсолютно непонятно, идешь ли ты по бывшему тротуару, или по бывшему газону, потому что ты идешь по узкой сталкерской тропе, которая змейкой проходит мимо цветущих кустарников и зарослей орешника. Вместо хорошо освещенного тоннеля из деревьев, ты попадаешь в узкий лесной лаз, а солнце скрывается за тысячами листьев, которые держат небо у нас над головой. Но как бы я себя не переубеждал, а на месте этой тропы, под которой не видно асфальта, когда-то, все-таки была улица, называлась она Гидропроектовская.

И в этот момент – шухер! Два силуэта, метрах в десяти впереди нас, глядя себе под ноги, легкой трусцой двигались в нашу сторону. Игорь сразу бросается влево. Секундное замешательство, разворачиваюсь и галопом начинаю убегать назад. Пакет с бутылками? Нет, не брошу. Гремя пустыми бутылками, шоргая лесной подстилкой и ломая опавшие ветки, забегаю за густой куст, меняю траекторию и бегу вправо в сторону школы. Пульс стучит, в голове лишь одна мысль: только бы не поймали. Впереди, у основания дерева, нахожу земляной холмик метровой высоты, метеором падаю за него и замолкаю. Тишина, метрах в 15 от меня, уже по ту сторону забора , внутри школьного двора пробегает Игорь. Чуть не заржал, смешно наблюдать за убегающими людьми, особенно когда сам находишься в относительном укрытии.
Снова тишина. Наверное, наши преследователи тоже затихли в надежде, что мы выдадим себя.

Постепенно адреналин отхлынул от головы, и мозги начали мыслить рассудительно. Если это патруль, то они бы нас искали. Да, есть вариант, что пытаются нас расслышать, но, по-моему, выгодней делать кипишь, чтобы спровоцировать сталкерюг на действия и тогда уже продолжить преследование. А может туристы, но, статура не та и зачем им было бежать? Остаются тогда самоходы. Ну, если самоходы то, скорее всего они сами ринулись в разные стороны. Тут-то мне стало еще смешнее от того, как это все выглядело со стороны. Тишину начал наполнять комариный гул. Кровопийцы решили воспользоваться тем, что я лежу и не двигаюсь и начали атаковать все незащищенные участки тела. Напялил свой скафандр обратно, выглядываю из-за холма, никого нет. И тут сквозь лесную тишину всеми децибелами писклявого, но от этого не менее громкого динамика, разносится Nokia Tune. Японский городовой. Режим без звука? Не, не слышал.

— Ало.
— Ало, ты где.
— Под забором школьным валяюсь, Видел, как ты тут бегал.
— Окей, буду идти вдоль забора, выглядывай.

Как ни странно, на звук телефона никто в округе не отреагировал, да и вообще было маловероятно, что поблизости кроме нас еще кто-то остался. Объединившись, мы решили ретироваться в сторону улицы Строителей мимо пятой школы. За тот небольшой промежуток времени, который заросли скрывали нам небо, оно успело затянуться серыми тучами, спрятав за собой солнце. Вышли на Строителей, вроде никого нет, двинулись по улице. Сошли в сторону Старика, мимо гаражей и разбитых остатков лодок.
Берега поросли густым камышом и нормального места для набора воды в пределах видимости не было, поэтому решили следовать изначальному плану и идти на дамбу. И тут меня осенило. Бля, где фильтр?!!

В пакете, который я нес, были лишь пустые пластиковые бутылку, кулечек с фильтром, который лежал сверху, пропал. Видимо в спешке погони, перепрыгивая через очередное дерево, я выронил фильтр, и в худшем случае его уже подобрали наши преследователи, либо кто-то еще, тропа в принципе популярная. Но после того кипиша, что мы наделали, возвращаться сейчас как-то не очень хотелось. Бля, без фильтра как-то не прикольно, но что нам остается делать. Решили зайти на обратном пути, авось повезет, и он все еще будет валяться где-то в кустах.

Не успели мы толком выйти на дорогу, как впереди в зеленом тоннеле кустов по дороже ведущей к дамбе увидели два мужских силуэта. На этот раз, уже без лишнего кипиша, благо расстояние позволяло, внимательно вглядываемся. Действительно люди, непонятно только идут в нашу сторону или от нас. Судя по всему все-таки в нашу сторону. Без лишней суеты сходим с дороги и заседаем в зарослях высокой травы неподалеку от садика Яблонька. В надежде рассмотреть тех двух особ, которые прервали наш поход по воду. Сидим уже несколько минут и никого нет. Не уж-то шли в сторону дамбы, в таком случае - это даже хуже.

Внезапно раздался гром, и минуту спустя на голову начали падать редкие, но довольно крупные капли дождя. Оставаться и мокнуть под дождем, смысла не было, к тому же его интенсивность продолжала расти. Поэтому мы отошли к ближайшей девятиэтажке в надежде, что вскоре распогодится. Пользуясь случаем, решили обшарить дом. По большому счету в квартирах не было ничего, совсем, абсолютно пустые комнаты. Но наше упорство было вознаграждено, и на одном из этажей мы нашли обжитую самоходами квартиру с приличными кроватями и шкафами. На стене углем было написано приветствие и напутствие всем пришедшим. Поблагодарив в уме тех замечательных людей, которые собрали всю эту мебель в одном месте, мы уселись на диван отдыхать.

Дождь громко стучал по подоконнику, за окном разворачивалась настоящая буря, Небесная кузница грохотала, выпуская до земли изогнутые линии молний, освещая громадину НБК желтым светом. Гроза в зоне это отдельный вид эстетического удовольствия, но только в том случае, когда наблюдаешь за этим действием из сухого укрытия. Гром с молнией как венец могущества природы. Над станцией дождь перестал идти, и НБК засияло серебром в лучах вечернего солнца. Через несколько минут тучи над нами начали расходиться, уводя за собой дождь. На небосклоне появилась радуга. Пока шел дождь, мы наблюдали за нашим проходом к дамбе, но так никого и не увидели, то ли пропустили, пока поднимались по дому, то ли они ушли еще раньше. Но мысль о том, что они могут быть еще на дамбе, решили отбросить. И с приподнятым настроением, мы отправились к намеченной цели.

После дождя город продолжал шевелиться и шуршать, обтекая каплями дождя, воздух стал прохладным и свежим, с легким запахом озона. Дорога к дамбе была хорошо накатанная, видно, что транспорт здесь катается довольно регулярно. Справа от нас оставался самый край песчаного плато, о котором сигнализировали желтые треугольнички с вентиляторами вдоль дороги. Постепенно по обе стороны дороги выросло болото. Стоячая тухлая вода издавала зловонный запах. Весной, во время паводков, вся эта территория залита водой из Припяти, и даже эта дорога временно превращается в речное дно. Со временем вода отходит, оставляя за собой такие вот болота, которые тухнут под лучами солнца все лето.

На дамбе, как мы и рассчитывали, никого не оказалось, поэтому мы спустились и начали набирать журчащую между камней воду. Дамба разделяет собой Семиходский Старик и реку Припять. Вода, с виду не плохая, чистая и относительно проточная. Смутила только небольшая, дохлая рыбешка, выплывшая из-под камня прямо в том месте, где Нельсон набирал воду. Набрав полный пакет воды, покинули дамбу и двинулись в сторону города. Дело шло к вечеру, солнце стало опускаться все ближе к горизонту. Дорога домой пролетела быстро. Зайдя в город, мы пошли изначальным путем и о чудо, прямо на тропе, в мокром от дождя кульке, лежал наш фильтр. Воодушевленные тем, что не придется пить нефильтрат, мы отправились, в погрузившемся в тишину городе, к дому.

Время вечернее, все туристы и работники зоны разъехались по домам. В городе остались лишь Сталкеры, Животные и Вохры на КПП. И каждый из них мнит себя хозяином города, и каждый из них, частично, таким и является. Животные теперь истинные постоянные жители этих территорий, для них это и пастбища, и охотничьи угодья, и дом. Сталкеры — хозяева кирпича и бетона, жители верхних этажей и пустых квартир Припяти. И Вохры — хозяева будки и шлагбаума, которые тешат свое чувство собственной важности мыслями о своей великой задаче “врагнипрайдет” и все такое.

Уставшие, но довольные от такого насыщенного дня, мы принялись облагораживать своё временное жилище. Подвинули к дивану туалетный столик, застелили его скатертью из мусорного пакета, бросили на диван карематы и вуаля вип пентхаус готов. А большего и не надо. На столе сразу же началось бурление кипящих вод. Расставленные по периметру свечки-шайбочки светили в последнем издыхании, намереваясь затухнуть. Вечером позвонил Костян, поинтересовался, как мы добрались и хотел узнать не брали ли мы с собой в поход алкоголя, так как ему звонили знакомые, которые также находились в городе и искали хоть какой то алкоголь, так как свой они успешно приговорили. К их разочарованию, алкоголь мы в этот поход не брали. За окном стояла темнота, на десятки километров вокруг до самого горизонта. Отужинав, легли спать. Мысли о всем происходящем пытались занять сознание, но сон оказался сильнее, и мы заснули.

Последние статьи

8 Комментариев

  • Экскурсия в Припять.

    Ожидание: заброшенный пустующий город.
    Реальность: толпы людей, снующие туда-сюда и внушительный поток официальный экскурсий.

    2
  • @Aventar, Так сейчас зона нарасхват, там и хостелы и магазы давно есть. в 90е надо было ехать

    0
  • На канале Креосан сейчас как раз вышла последняя серия, как они дикарями на Зону ходили. Машин и людей там и правда много.

    0
  • @ctalker, Ну не будет же в конце-концов эта территория пустующей вечно. Странно, что 30-километровую зону не сокращают до сих пор

    0
  • Что у, автора с, запятыми?

    0
  • @Dendy, Там встречаются иногда места которые досихпор светятся и не все еще почистили.

    0
  • @Varidas, ну эти места и оградить - пусть выветривается дальше. 99% территории природно к жизни

    0
  • @Dendy, Пытались не прижилось, плюс не о всех знают/ищут. Там как в Новой Зеландии "влез - сам дурак", хотя если поймают то штраф, скоро мб и статья.

    0
Войдите на сайт чтобы оставлять комментарии.